Альпийская полынь в железной фляжке

coeur de genepiЖенепи́ (фр. Génépi) — традиционный крепкий альпийский ликёр. Вырабатывается путём настаивания спирта на травах рода полынь, таких как Artemisia genipi [syn. Artemisia spicata], Artemisia glacialis, Artemisia umbelliformis (Полынь альпийская) [syn. Artemisia mutellina]. Данные травы произрастают в Альпах на высоте 2400—3500 м и у местного населения также называются "женепи".

Напиток обычно имеет бледно-жёлтый или зелёный цвет, сладковатый вкус, пряный аромат; крепость — 40-50 об. %. Употребляется, как правило, в конце трапезы как дижестив. Считается, что женепи способствует улучшению пищеварения.

Женепи довольно распространён во Французских Альпах, в Савойе. Также известен в северо-западной Италии (Валле-д’Аоста), в ряде районов Швейцарии. Существует ряд производителей, вырабатывающих женепи промышленным путём, однако значительное количество ресторанов в регионе вырабатывают собственный ликёр.

Когда я только училась кататься на горных лыжах, то думала, что буду ездить по всей Европе, а возможно и в другие места, например, на ледники Чили или в Кордильеры. Но вот уже пять лет на Новогодние каникулы я оказываюсь во французских Альпах. И каждое лето, планируя очередную поездку мы с друзьями честно думаем и о Финляндии, и об Италии и об Андорре, однако я теперь даже не пытаюсь участвовать в этих спорах, потому что уже точно знаю, чем дело закончится и чем сердце успокоится: аэропортом Гренобля или Шамбери, автобусом, маленьким кафе по дороге, и... либо Парадиски, либо Тремя Долинами. Единственное, на что хватает разнообразия, это менять данные два региона.

- Надоел Куршавель! - восклицает жена моего друга, Елена, на плечи которой как обычно ложится вся подготовка с бронированием гостиниц, покупкой туров и взаимодействием с остальными участниками предстоящего путешествия.
- Нет, Лена! У меня новая шапочка для глинтвейна есть, и очки я себе купила моднючие, едем в Три Долины, - возражаю я, и мы смеемся от всей души, потому что прекрасно знаем - мы поедем именно в Три Долины, ибо в Парадиски мы были в прошлом году.

Мы знаем наизусть все склоны, но каждый раз заново изучаем карту, будто в первый раз, предвкушая безумное катание до полного изнеможения, спагетти "болоньез" или жареные сосиски, которые удаются мне вкусными только в Альпах, и женепи для улучшения пищеварения и душевной услады.

Каждый год я привожу с собой в Москву по огромной бутылке этого ликера, хотя, наверное, его можно было бы купить и здесь. Но так не интересно! Наливая себе по крошечной рюмочке под настроение, я рассматриваю фотографии из поездок и вспоминаю наши горнолыжные каникулы. Осталось дело за малым: сесть и записать все, что было в эти пять лет, собрать три тысячи фотографий в сюжетные альбомы и сверстать все в html-страницы.

Пока печатаю то, что готово, а остальное... как обычно, когда руки дойдут, и в сердце отстоится все до нужной стадии.

Гренобль, которого я за пять лет так и не увидела бы, если бы не досадная задержка чартерного рейса. Нас вывезли из гор и оставили гулять в городе до вечера. И я щелкала, как безумная, город через ветви голых деревьев, суровые Альпы на заднем плане и гламурные витрины, все-таки это Франция, как ни крути.

Альп Дюез, я изменила своим друзьям и тайно от них поехала в горы еще и в марте с тренером учиться горнолыжной технике, потому что надоело колбаситься на растопыренных ногах под осуждающим взглядом Владимира, которого я соблазнила на употребление женепи, а он меня - на дайвинг. В Альп Дюэз моя команда не поедет, потому что там мало места, всего-то 240 км трасс! Нам подавай Парадиски с его 450 км или Три Долины, где протяженность трасс около шестисот километров. Но Альп Дюэз нечеловечески красив: пропасти и пики, римо-католическая церковь с ограном в виде поднятой в благословении Ладони Божьей, смешные улочки и домики. В Альп Дюэз я прошла первую в своей жизни черную трассу - легендарную Саренн, длинной в восемь километров.

Валь Торанс - самый высокий горнолыжный курорт, спортивный и сложный. Поселок расположен на высоте 2300 м над уровнем море. До сих пор мы ездили туда из Менюира, а в 2013 году решили не мучиться и взять гостиницу прямо там. Плевались и ругались - до шале приходилось топать пешком в горнолыжных ботинках метров пятьсот или скатываться с раздолбанной к концу дня чрезвычайно крутой трассе. А мы так не любим, нам подавай севис в стиле "из ванной на подъемник".

Мерибель, никогда там не жили: слишком низко, хотя традиционно считается, что жить удобнее именно там. Мерибель находится в центре Трех Долин, и от него легко добираться как до Менюира с Валь Торансом, так и до Куршавеля. Но есть опасность, что в теплую зиму снег днем будет превращаться в мокрую кашу, а ночью замерзать в ледяную крошку: высота над уровнем моря невелика. Зато у нас есть любимое кафе, где мы отдыхам по пути из Валь Торанса в Куршавель, шапочки для глинвейна и специальные солнечные очки носятся нами в рюкзаках именно для таких случаев.

Куршавель. Ужасный розовый глинтвейн за шесть с половиной евро! И трассы либо очень крутые, либо совсем плоские, но ради понта отметиться там надо непременно. Впрочем, и в Куршавеле есть места, где можно хорошо покататься, и, увлекшись пустыми изгибистыми трассами на окраине поселка, я однажды чуть не опоздала на последний подъемник. До дома было два перевала, и такой лихой слаломной техники я не демонстрировала никогда в жизни. В финале я катилась совершенно одна по пустому ски-роуду, и только дикая усталось не дала мне тогда достать из рюкзака камеру и снимать молчаливые горы, выкрашенные золотисто-розовыми лучами закатного солнца.

Лез Арк 1950. Уютный поселочек, где я в первый раз подключилась к традиционному apres-ski - дискотеке, на которой познакомилась с двумя парнями: англичанином и ирландцем. Охмуряла обоих одновременно, англичанину читала Роберта Бернса наизусть, а ирландцу демонстрировала знание кельтского диалекта. Давно у меня не было такого фурора! Водкой и соком были обеспечены все желающие. Еще Лез Арк - это трасса Дерби, "летящий километр", большие говнищи Aiguille rouge и кафе с особенным глинтвейном. Но об этом надо подробнее.

Бург-Сен-Морис, городишко у подножия Альп, куда из Лез Арка можно подъехать на поезде-подкидыше. Когда упорно бороздить трассы надоело, я заперла лыжи с ботинками в шкафчик и поехала болтаться по городу. Сидела на улице в ресторане над тарелкой со спагетти-карбонаре, пила глинтвейн, смотрела на заходящее солнце. Мне было так хорошо, что трудно передать словами. Я обожаю теряться в маленьких европейских городах, мечтая о том, будто я - не я, а кто-то совсем другой.

Ла Плань. Моя первая встреча с Альпами, когда я считала себя уже бойкой лыжницей. О, как я была неправа! Боль и страх, обреченность и усталость, под конец дня хватало сил только на то, чтобы доползти до дивана. Вернувшись в Москву я ненавидела все рекламные фотографии, где загорелые семьи белозубо улыбались, помахивая вязаными шапочками. Вранье все это! Шлем и маска, напряженное лицо, судорожно следящее с подъемника за рельефом предстоящего спуска. И жестокие белые горы, которым нет дела ни до кого. Я вернулась в Ла Плань через четыре года спокойная и холодная и заявила другу Вовику, что лыжи Атомик Doubledeck, которые он мне сосватал, как первую экспертную модель, мне как-то жестковаты. Я бы поменяла их на голубые Bieber, мне нравится верткая пятка и возможность плыть по снегу, как на серфе.

Еще можно вспомнить, как я громко материлась в рацию, так, что слышали все русские, использующие для переговоров данную волну. Материлась от отчаяния, потому что в тумане отказывает вестибулярный аппарат, а мне надо было спуститься с трех тысяч шестьсот хотя бы до двух. И квадратные блины в местечке Шампани, до которых можно добраться только по трассе c плакатом For Very Good Skiers, которую я проехала с натуральными слезами на глазах, борясь за жизнь на каждом повороте. Орель и "стаю ангулирующих птиц", а также ангулирующую в кармане моей куртки пачку сигарет. И зловонный французский сыр, который я упаковала в свой шлем, но волею судеб сыр пролежал там две недели и вонял так, что поставив сумку в багажник, я, сидя за рулем, чувствовала запах очень несвежих носок. Шлем я проветрила, по-моему, только к следующему году...

В общем, дело за малым, взять и все записать )))

Искренне Ваша,
Mairin Ratman